Про насилие и вину

Недавно наткнулся на обсуждение темы насилия (изнасилований, в основном). Одна сторона доказывала, что жертва не виновата в изнасиловании, а вторая – что жертве нечего было шляться в короткой юбке и садиться в машину к незнакомым выпившим мужикам.

Спор был совершенно неконструктивным и закончится, наверное, поножовщиной. Между тем, обе стороны отстаивают вполне себе адекватные позиции. Весь их спор происходит из-за того, что они не договорились, о какой же временной точке говорят.

Поясняю.

До того, как насилие случилось, более чем разумно предупреждать о рисках посадки в машину к незнакомым выпившим мужчинам или короткой юбки вечером в неспокойном районе. Более того, о таких рисках нужно говорить много и часто. Всячески поддерживают тех, кто это делает.

Но! Когда насилие уже случилось, категорически нельзя говорить о вине жертвы. Это ж усугубление травмы, фактически ещё одно насилие. Не сильно преувеличивая – повтороне изнасилование.

И я всячески поддерживают тех, кто решительно отказываетя говорить о вине изнасилованной женщины. Такие разговоры совершенно бессмысленны, безнравственны и – вдобавок – просто неумны.

Это вообще большая беда нашего общества – отсутсвие сформированного навыка поддержки. Про один кривой способ реагировать на беду близкого человека я уже писал, теперь добавлю про другой.

Условно назовём его «Запоздалый вопрос».

Суть проста – что-то случилось, а человека, с которым это случилось, прежде всего задают странные вопросы по принципу: «А что же ты соломки не подстилил?».

Ну вот, в качестве иллюстрации:
— Представляешь, меня в магазине обсчитали!
— А что ж ты не пересчитал сдачу прямо возле кассы?

Какого ответа ждут задавший вопрос – тайна покрытая мраком. Как его вопрос помогает тому, кого обсчитали – тем более неизвестно.

То же самое и с изнасилованием:
— Вчера таксист-бомбила изнасиловал.
— А чего ж она к нему села?

Странные люди. Чем они думают, задавая такие вопросы, не знает, похоже вообще никто.

Но зато я знаю точно – ни жертве насилия, ни её близким, такие вопросы не помогают.

Поэтому, повторюсь, разговоры о конкретных изнасилованиях категорически не должен содержать поучений о том, как не надо себя вести.

Таким поучениям место ДО изнасилования.

После остаётся место только для сочувствия, поддержки и помощи.

В тему:
Мы хотим быть героями, а становимся неудачниками
Про чувство вины
Зачем нужно чувство вины


На главную

Про насилие и вину: 10 комментариев

  1. Astrologija

    Но ведь если их не было до изнасилования, то после тем более нужно сказать, только само собой попытаться, чтобы это не выглядело как обвинения

  2. avaniashev

    Описанное выше относится и к тому кто изнасиловал. Ему же тоже можно говорить, что он был не достаточно силен, чтобы совладать со своим желанием. Тут виноваты и насильник и жертва. Даже можно сказать больше — жертвами является и та и другая сторона, если насильник не серийный преступник, а все случилось по определенному стечению обстоятельств.

  3. Александр

    А когда заканчивается «после» и наступает «до»???
    Вопрос в чем: если только жалеть, то ведь полно таких «мастеров» что любят наступать на одни и те же грабли по много раз.

    1. Павел Зыгмантович Автор записи

      ++А когда заканчивается «после» и наступает «до»???++
      _Скорее, важно смотреть, когда заканчивается «да» и наступает «после». Если интересно, что делать в этом случае, посмотрите замечательную книгу Карен Прайор «Не рычите на собаку». Там много про то, как сделать, чтобы человек не наступал на грабли.

  4. krohumka

    ++Какого ответа ждут задавший вопрос – тайна покрытая мраком.++

    Никакого ответа они не ждут. И многие понимают, что глупо, бестактно и т.д. и т.п. Такой «вопрос» больше похож на вскрик: «Ах, Боже мой, какой ужас!», который ты не в состоянии сдержать в порыве эмоций. Я такие вопросы задаю, когда очень жалко и очень больно за человека. Задаю такой вопрос, а потом, наедине с собой прокручивая эту ситуацию в голове, я понимаю, что опять сказала что-то не то и за это будет стыдно еще какое-то время пока все не забудется (если забудется).

    ++беда нашего общества – отсутсвие сформированного навыка поддержки.++

    Да. Я, например, совсем не умею поддерживать. Но, это еще полбеды. Беда в том, что если за человека больно и имеется огромное желание как-то помочь, поддержать, что-то сделать, то попытка это сделать превращается в пытку и для того, кого пытаюсь поддержать и для меня. И кажется, что лучше промолчать. Правда и тогда тебя обвинят в бездушии.

    1. Анна

      А если попробовать спросить «Чем я могу тебе помочь?» Проглотить мысленно всплывший первый вопрос «А чего ты…?», самой себе сказать «стоп!» и мысленно переключиться с режима «Кто виноват?» на «Что теперь делать?»
      Если ситуация не очевидна, и чем помочь сам не понимаешь, можно спросить, по-моему. Или позвонить какой-нибудь умной знакомой, которая подскажет что делать. У меня, например, мудрая психолог среди знакомых есть.

      1. Павел Зыгмантович Автор записи

        А если попробовать спросить «Чем я могу тебе помочь?»
        _Поддержу! Это отличный вопрос и отличная позиция.

  5. Данила

    Да просто они таким способом от чего-то защищаются 🙂 Видимо, переживание, что ДРУГОГО человека изнасиловали (обокрали, и т.д.) для них настолько травматично, что они начинают даже от этого защищаться…

  6. Ирина

    Можно просто сказать, что понимаешь, как ей/ему плохо и больно. Сказать, что человек может рассчитывать на тебя, на твою поддержку.
    И постараться пресечь «обвинителей», если это в твоих силах.
    В моменты, когда что-то случилось, человеку важнее, чтобы кто-то подставил плечо, а не добил недобитое (простите за каламбур)
    Павел, согласна с вашей позицией и с позицией Анны в комментариях

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.