Когнитивно-поведенческая терапия: а есть ли научные основания?

когнитивно поведенческая терапия. кпт. кбт. когнитивно бихевиоральная терапия. Слышали что-нибудь о когнитивно-поведенческой терапии? Может быть, вы работаете в этом подходе? Или просто интересуетесь?

Если так, то дочитайте эту статью до конца. Я расскажу то, чего вы не найдёте в других источниках.

Впервые с когнитивно-бихевиоральной психотерапией (правильно, кстати, именно так) я познакомился в прошлом веке. У нас на факультете психологии этот подход был в большой чести (в форме РЭПТа Альберта Эллиса).

Но научных основ нам не объясняли. Что интересно, не встретил я этих объяснений и позже.

И это очень странно, ведь такие основы есть. И самое удивительное, что разработаны они в СССР. То есть хотя бы наши специалисты могли бы об этом рассказать.

Давайте по порядку.

Всё дело в информации

Как устроена когнитивно-бихевиоральная психотерапия? Альберт Эллис описывал её формулой ABC.

Сначала происходит событие (activating experience), затем включаются верования (beliefs). Они порождают эмоции и действия (consequences — последствия).

Подробнее см., например, в его книге «Практика рационально-эмоциональной поведенческой терапии».

А вот потребностно-информационная теория эмоций Павла Васильевича Симонова.  У человека, пишет Симонов, как у всякого живого существа, есть потребности. Человек стремится эти потребности удовлетворять.

Для удовлетворения этих потребностей нужна прежде всего информация — где и как можно найти необходимое. Когда информация получена, в дело вступают эмоции. Они что-то вроде двигателей — с их помощью запускается/продлевается/останавливается поведение.

Более-менее просто это изложено в его книге «Лекции о работе головного мозга».

Сравните подходы Симонова и Эллиса. Видите? Разница только в формулировках. А в остальном совпадает даже время разработки. И Эллис, и Симонов показали первые результаты в конце пятидесятых прошлого века. По всей вероятности, они пришли к этим результатам независимо друг от друга.

То, что у Эллиса называется верованиями, у Симонова называется оценкой возможности удовлетворения потребности.

Скажем, человек не проходит собеседование на работу и очень расстраивается. Эллис сказал бы, что у человека сработало убеждение «я должен всегда достигать желаемого (иначе случится что-то ужасное)».

А Симонов сказал бы, что у человека появилась информация «моя потребность не будет удовлетворена, что ужасно».

Дальше Эллис предложил бы изменить убеждение на что-нибудь более рациональное. А Симонов, наверное, рекомендовал бы изменить информацию.

И вот здесь возникает новый вопрос — как происходит это изменение?

Ансамбль в голове

Здесь нам потребуется новая теория, обширнее симоновской. Как ни странно, разработана она тоже в СССР. Это системно-эволюционная теория Вячеслава Борисовича Швыркова.

Давайте так же кратко посмотрим на его разработку.

Всё наше поведение является следствием работы нейронных ансамблей. Состоят они из специализированных нейронов, натренировавшихся достигать того или иного результата.

Упоминание ансамбля тут не лишнее. Нейроны и правда специализируются как музыканты. Кто-то играет на бас-гитаре, кто-то на скрипке, кто-то саксофон, а кто-то арфа. И ко всему этому есть ещё и дирижёр, который объединяет это всё.

Собственно, научение человека — это и есть процесс вот такой специализации нейронов. Под каждую задачу — свой ансамбль.

Подробнее см. его монографию «Введение в объективную психологию». Более доступное изложение — в учебнике «Введение в системную психофизиологию» (автор Александров Юрий Иосифович).

Верования по Эллису или информация по Симонову — это как раз работа таких специализированных нейронов-дирижёров. Они оценивают ситуацию и дают команду «Пуск!». Активируется весь ансамбль, включаются эмоции (в т. ч. и на химическом уровне), запускается поведение — мы стремимся к результату.

Причём специализированные нейроны оценивают происходящее автоматически. Это своего рода навык.

Оценки и мысли

Эти оценки мы можем заметить — например, когда озвучиваем своё убеждение. Или говоря «я боюсь, что не справлюсь с этой задачей». Оценка здесь — я не справлюсь с этой задачей (верование по Эллису, информация по Симонову).

Хочу отметить — часто говорят, что дело в наших мыслях. Это не совсем так: наши мысли — это не те оценки, которые делают специализированные нейроны.

Оценки нейронов — это объективный процесс (поэтому Швырков и говорил про объективную психологию). А наши мысли — это субъективное отражение объективного процесса.

И работать нужно с оценками. Если, конечно, они портят вашу жизнь.

Чтобы изменить оценку, нужно вырастить новые специализированные нейроны.

Подробнее об этом я рассказываю вот в этом видео:

Собственно, поэтому я говорю, что психолог не врач, а инструктор. Поэтому и выступаю против термина «психотерапия» применительно к психологам.

Лучше использовать термин нейкрокогнитивное переобучение. Подробности см. в моей статье «Нейрокогнитивное переобучение: вот чем я занимаюсь на самом деле».

Благодаря нейрокогнитивному переобучению, мы создаём новые специализированные нейроны, объединённые в новые ансамбли. Они подавляют работу старых ансамблей, запускают другие эмоции и другое поведение.

Например, человек после отказа на собеседовании не проваливается в самоедство на две недели, а более-менее спокойно находит себе новую вакансию.

Это, кстати, вполне можно делать и самостоятельно. Я подробно рассказываю о таких техниках вот в этих материалах.

Подытожим. У когнитивно-бихевиоральной психотерапии есть прочное научное основание. Тот факт, что практическая работа развивалась на одном континенте, а фундаментальная — на другом, смущать не должен. Это вполне нормальная ситуация, отражающая приоритеты в общественной жизни того времени. Главное для нас — прочная научная основа, помогающая работать лучше.

А у меня всё, спасибо за внимание.

В продолжение темы рекомендую мои статьи «Психолог — это не врач, а инструктор» и «Как отличить психологию от выдумок?».

 

На главную

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.